Дата-центры и новый ландшафт телеком-отрасли.

В 5-6 номере журнала ИКС вышла статья.

Снимок

Исходный текст статьи.

Дата-центры и новый ландшафт телеком-отрасли

Если вы хотите сделать что-то новое,

перестаньте делать что-то старое.

Петер Ф. Друкер (гуру бизнес-менеджмента).

 

Часто на конференциях приходится слышать жалобы операторов о том, что они превращаются в «битовую трубу», а все доходные услуги уходят к новым игрокам, ОТТ и облачным провайдерам: Google, Netflix, Skype и т.п. Некоторые из них даже стали создавать собственные сети, используя уже построенную до них операторскую инфраструктуру оптических транспортных сетей. Например, Google, создавший глобальную сеть облачных дата-центров, в 2015 году запустил проект Google Project Fi MVNO, став, таким образом, глобальным MVNO-оператором.

Панацеей от симптома «битовой трубы» повсеместно объявляются технологии программируемых сетей SDN и виртуализации сети NFV, при которых функции управления транспортной IP-сетью и функции опорной сети (Core) выполняются не на выделенном аппаратном оборудовании, а на стандартных серверах общего пользования COTS в дата-центрах. И в этих же дата-центрах разворачиваются платформы новых услуг, при помощи которых операторы должны вступить в священный бой с игроками ОТТ.

Спору нет, SDN/NFV – действительно полезные для операторского бизнеса технологии. Более того, технологии необходимые, поскольку развитие операторских сетей на базе выделенного аппаратного оборудования давно признано бесперспективным и не окупающим себя. Например, вице-президент по стратегии крупнейшего американского оператора AT&T Джон Донован указывает, что подход, связанный с увеличением числа аппаратных сетевых узлов и повышением их пропускной способности по мере увеличения трафика данных, чреват резким ростом расходов и риском постоянного отставания от реальных потребностей пропуска трафика. И напротив, архитектура сети, основанная на SDN и NFV, даёт возможность ёмкости сети адекватно соответствовать росту трафика, в то время как затраты на развитие сети остаются на приемлемом уровне. Такую уверенность AT&T получила, апробируя технологии SDN и NFV в своих дата-центрах с 2005 года. Донован утверждает, что если что-то работает в ИТ, то это работает и в телекоме, поскольку телекоммуникационные платформы все больше строятся на стандартном ИТ-оборудовании.

Однако, постулат о том, что операторам для достижения хороших доходов непременно нужно разворачивать собственные платформы услуг, весьма спорен. Изменение телекоммуникационного ландшафта с внедрением облачных технологий SDN/NFV дает и иные возможности. До эпохи всеобщей виртуализации архитектура сети и вспомогательных систем оператора напоминала силосную башню, и в технической литературе даже укрепился специальный термин – «silo». Теперь телекоммуникационный ландшафт напоминает, скорее слоеный пирог, где каждый игрок (оператор опорной сети, оператор сети доступа, провайдер облачных услуг в дата-центрах, провайдер платформ услуг и приложений и пр.) могут выбирать слои активности в соответствии со своим бизнес-планом, и осуществлять взаимодействие с игроками смежных уровней через стандартные интерфейсы API.

1

В такой среде быть битовой трубой вовсе не так зазорно и убыточно. Ведь один из главных императивов виртуализации сети на аппаратной базе дата-центров – снижение затрат САРЕХ и ОРЕХ. С другой стороны, создание разнообразных платформ услуг для удовлетворения потребностей различных индивидуальных пользователей – достаточно затратное дело. Эту функцию лучше предоставить различным игрокам, уже «набившим руку» на предоставлении услуг по модели ОТТ, а также имеющим в своем распоряжении массивные запасы видео-контента. И лучше с ними налаживать сотрудничество, а не конкурировать. Далеко не все операторы обладают финансовыми возможностями AT&T, в конце 2016 года приобретшей гигантскую медиа-компанию Time Warner, до этого поглотившую IPTV-провайдера DirecTV. Как видим, даже такие гиганты, как AT&T, предпочитают не заниматься построением собственных платформ услуг и контента, а приобретать их (или выстраивать сотрудничество с ними), оставив себе именно роль «битовой трубы».

Если оператор займется созданием собственных платформ услуг, приложений и контента, он рискует не окупить собственные затраты, поскольку ему придется пройти тот же путь, который до него уже прошли игроки ОТТ. Теперь целью операторского бизнеса должно стать выстраивание взаимодействия с провайдерами облачных услуг, операторами виртуальных функций (vIMS, vEPC, MANO и пр.), операторами сетей доступа, а также обеспечение маржинальности бизнеса. А в виртуализированной структуре операторской сети, когда ввод новых функций сети сокращается с месяцев до дней и даже часов, это сделать гораздо легче.

Кроме того, в виртуальной среде, когда номенклатура оборудования сети оператора сведена к трем стандартным видам COTS (сервер, хранилище, коммутатор), на которых выполняются виртуальные функции VNF, сеть оператора становится гибкой и масштабируемой. В такой сети гораздо легче обеспечивать инновации, которые дают возможность корпоративным пользователям создавать новые типы приложений, услуг и бизнес моделей. Можно быстро внедрять новые услуги, которые генерируют новые денежные потоки. Капитальные затраты CAPEX снижаются за счет того, что сетевые функции исполняются на недорогом оборудовании COTS. Операционные затраты OPEX снижаются за счет автоматизации и алгоритмизации управления, при помощи программируемости сетевых элементов, что значительно упрощает операции по проектированию, развертыванию, администрированию и масштабированию сетей. А также главное – обеспечивается то, что называется плохо переводимым английском словом «аgility» (эффективность, быстрота и гибкость), то есть возможность быстро разворачивать новые приложения в сети, услуги и инфраструктуры, которые адаптируются под изменяющиеся требования.

Есть ещё один аспект изменения телекоммуникационного ландшафта при переходе на виртуальную инфраструктуру дата-центров, о котором стоит упомянуть. При слове «дата-центр», обычно представляется гигантское здание, с длинными рядами серверных стоек, мощная инфраструктура климатики, и комната с рядами мониторов, напоминающая центр управления полётами. Но далеко не все дата-центры так выглядят. В последнее время дата-центры «мельчают» в размерах, размещаются в быстровозводимых конструкциях, выполняются в мобильном «контейнерном» варианте (не отличимы внешне от обычного грузового контейнера), а иногда и вовсе располагаются в небольшой стойке в углу офиса. В связи с этим, происходит «расползание» вычислительной инфраструктуры по различным местоположениям. Выполнение различных функций всё больше приближается к местам их использования. Поэтому, наряду с общеизвестным термином Cloud Computing, возникла концепция Edge Computing («вычисления на границе сети»). Она будет играть ключевую роль в будущих виртуализированных сетях и должна придать новый импульс их распространению. Применительно к мобильным сетям 5G, эта концепция носит название Mobile Edge Computing (MEC). Появление и развитие MEC в международном масштабе потребует в грядущие годы астрономических инвестиций, как в новое оборудование (серверы, СХД нового типа), так и в разработку нового класса приложений. Неудивительно, что многие вендоры охотно разместили на своих щитах аббревиатуру МЕС и охотно ее пропагандируют.

Можно сказать, что МЕС – это инфраструктура NFV (NFVI) вкупе с программной «платформой приложений» (т.н. middleware) в мобильных сетях 5G. Хотя МEC сама по себе не является NFV (имеет несколько иную архитектуру), однако использует те же принципы, что и NFV, но оптимизирует их для среды радиодоступа в мобильных сетях.

2

Стоит также обратить внимание на указатель «Скоростная дорога» между элементами Data Center и Edge на рисунке. Нетрудно видеть, что такая «размазанная» инфраструктура вычислительных мощностей (в Edge тоже находится дата-центр, только поменьше), приведет к резкому росту обмена трафиком по транспортным сетям. К этому приведет много факторов: обработка больших данных, развитие интеллектуального видеонаблюдения, технологии «Тактильного Интернета» (о, это отдельная и очень интересная тема!), развитие беспилотного автотранспорта и многое другое. Следовательно, изменение телекоммуникационного ландшафта в сторону все большей распределённости вычислительной инфраструктуры приведет к буму рынка транзита и оптических транспортных сетей.

На рисунке выше, наряду с Cloud (облако) используется также термин Fog (туман) – другое название Edge Computing. Fog — локальное облако более низкого уровня, как туман в низине. Корпоративное облако предприятия относится к Fog. Есть еще понятие Dew (Роса) — связь непосредственно между конечными устройствами (End Points) через различные каналы – WiFi, Bluetooth, ZigBee… Тема тоже интересная, но про это пока говорить не будем. То есть, мы видим явную тенденцию проникновения вычислительного облака всё ближе к конечному пользователю.

Cloud Fog Dew

Изменение телекоммуникационного ландшафта по модели «облако-туман-роса» должно принести конечному пользователю живительную влагу новых функций, услуг и приложений, которая повысит качество повседневной жизни, стимулирует «цифровую экономику» и избавит, наконец, наших операторов от проклятия «битовой трубы».

А развитие «цифровой экономики», не ровен час, избавит и всю нашу экономику от проклятия трубы нефтяной.

  *   *   *

3

Об авторе Алексей Шалагинов

Независимый эксперт
Галерея | Запись опубликована в рубрике Технологии с метками , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s